В.В. Хромов // Крейсера типа "Жемчуг"

Строительство

Согласно официальным документам работы на первом крейсере начались еще до заключения контракта — 19 февраля 1901 года, к октябрю они были выполне­ны на 6% — в основном за счет вспомога­тельных операций. К постройке второго крейсера приступили 1 октября 1901 года. Многие работы выполнялись параллель­но— например, заготовка металла велась сразу на оба крейсера. Еще до подписа­ния контракта на заводе были установле­ны леса и стапель-блоки, закончена раз­бивка на плазе нового чертежа с увели­чением водоизмещения на 100 т.

Необходимо отметить, что Невский за­вод был универсальным предприятием и имел мощную механическую базу, которая позволяла самостоятельно выполнять прокатку почти всех видов профилей, от­ливке основных частей главных машин и вспомогательных механизмов. К сторон­ним подрядам обращались только для по­лучения деталей, для выпуска которых заводу невыгодно было закупать специ­альные дорогие станки, поэтому цельно­тянутые котельные трубки и длинномер­ные валы заказывались на стороне, пре­имущественно за границей.

5 ноября 1901 года государь-император «повелеть соизволил зачислить» до того безымянные крейсера в списки судов фло­та под названием «Жемчуг» и «Изумруд». Корабли назвали в память парусно-винтовых клиперов, построенных в 1860-е годы также для Дальнего Востока. Несколько позже постановлением Адмиралтейств-совета крейсера были зачислены во 2-й ранг и причислены к флотским экипажам: «Жем­чуг» — к 8-му, а «Изумруд» — к 14-му.

Еще до заключения контракта прав­ление обратилось с просьбой в МТК на первый заграничный заказ — завод не мог своевременно изготовить 10 валов, в том числе шесть коленчатых, из необ­ходимых 28 (на два судна) из-за неготов­ности нового гидравлического пресса. Специалисты МТК посоветовали прав­лению обратить внимание на то, что и отечественные заводы в состоянии по­ставить нужные валы, в частности, Пермский, Обуховский или Балтийский. После обсуждения на предложение от­кликнулся Обуховский сталелитейный завод. Он обязался изготовить два дейдвудных вала со сроком исполнения во­семь месяцев. Остальные валы Невский собирался сделать в своей гидравличес­кой мастерской.

Долгая дискуссия предшествовала за­казу брони, которую в конце концов приня­ли по образцу «Новика» с теми же хими­ческими и механическими свойствами. Основную часть броневых плит взялся прокатать Невский завод, гнутую и специ­альную, в том числе маломагнитную, пред­полагалось заказать Адмиралтейским Ижорским заводам. В начале октября Не­вский завод прокатал пробную партию бро­невых плит в 20 и 35 мм толщиной и про­сил испытать их за счет правления на Ох­тинском артиллерийском полигоне в при­сутствии своих представителей. Испыта­ния дали положительный результат, и за­вод начал валовое производство брони, каждая партия которой подвергалась огне­вым испытаниям. Если при этом бракова­лось три плиты, то браковалась и вся партия, при двух забракованных партия до­пускалась к установке на корабль, но цена ее понижалась на 10%.

Вопрос о выборе типа котлов для крей­серов не был решен и к моменту подписа­ния контракта. Еще во время испытания «Новика» наблюдающий за постройкой котлов и механизмов старший инженер-механик Ильин в Данциге обратился к глав­ному инспектору по механической части МТК Нозикову, указывая, что при некото­рых неоспоримых достоинствах котлы си­стемы Шихау обладают отрицательными качествами: трудностью доступа к нижним концам водогрейных трубок, сложностью замены этих трубок и их большой кривиз­ной, приводившей к скапливанию накипи. Опыта эксплуатации таких котлов в рус­ском флоте еще не было, и никто не мог сказать, к чему он приведет. В качестве альтернативы Ильин предложил устано­вить на крейсере котлы Ярроу, нашедшие широкое применение на миноносцах все­го мира, в том числе и в русском флоте. В конце декабря правление Невского заво­да составило развернутый материал с ана­лизом качеств котлов Шихау и Ярроу и от­правило его на рассмотрение в ГУКиС.

В начале 1902 года МТК предоставил управляющему Морским министерством справку по паровым котлам разных сис­тем, причем рассмотрение начиналось с системы Никлосса — видимо, сведения об эксплуатации их на крейсере «Варяг» еще не дошли до Петербурга. Водотрубные котлы системы Бельвиля указывались как наиболее надежные, однако применение их было возможно лишь на судах, где мно­го места. Котлы Ярроу характеризовались как наипростейшие по устройству и наиудобнейшие для ухода; к тому же их ре­комендовала английская котельная ко­миссия, в частности, для установки на броненосных крейсерах. Эти котлы мог­ли построить и на Невском заводе без заказа в Англии. Вице-адмирал Тыртов наложил на эту справку резолюцию: «Со­гласен на котлы Ярроу... Скорость ниже 24 узлов недопустима».

Тем временем работы на заводе про­должались. К концу года была прокатана и принята комиссией последняя партия стали для корпусов и котлов обоих крей­серов общим весом 29 193 пуда. Законче­но изменение уклона стапеля, собирались килевые листы. Уже были выгнуты, но еще не просверлены шпангоуты для обоих крейсеров. Отлит форштевень для перво­го крейсера, в работе находились модели ахтерштевня и рулевой рамы. Продолжал­ся выпуск чертежей по машинам, формов­ка паровых цилиндров и фундаментных рам главных машин. Предварительный проект котлов Ярроу был представлен на рассмотрение в МТК.

Одно из первых изменений к контрак­ту по корпусу поступило от корабельного инженера Скворцова. Он предложил за­менить линолеум на главной палубе де­ревом — сосной толщиной 2,5 дюйма (ве­сом 30 т) или тиком в 1,75 дюйма (весом 34 т). Вес линолеума —10 т, излишек 24 т даст переуглубление на 1 дюйм, ожидае­мое снижение скорости 0,15%. Предложе­ние было рассмотрено в МТК и утверж­дено позднее, когда анализировались ре­зультаты испытаний крейсера «Новик», поступившие на обсуждение в феврале 1902 года и оформленные «Журналом МТК по кораблестроению 9.2.1902 № 12». В частности, предлагалось: «Употребить часть значительного запаса водоизмеще­ния на усиление общей крепости корпу­са. 1) На второй сверху пояс обшивки на­ложить слой листов толщиной 10 мм на 2/3 длины корпуса, по стыку наложить планки. 2) Боковой пояс палубной настил­ки (стрингер) заменить на более толстый 16 мм, вместо 12 мм. 3) Подкрепить карлингсами из коротких стальных листов продольные стенки кожухов котельных и машинных отделений. 4) Увеличить тол­щину первого стрингера до 8 мм. 5) Для вос­становления поперечной крепости корпуса в районе бортовых машин наложить на до­полнительных бимсах горизонтальный стрингер толщиной 12 мм, связав его с бор­товой обшивкой и машинным кожухом по длине машинного люка и далее на 12 фу­тов (общая длина 50 футов). 6) Продлить трюмный стрингер треугольного сечения через среднее машинное отделение».

Кроме того, ходовую рубку рекомендо­валось установить над боевой, отказаться от щита на носовом орудии. Для подъема парового и моторного катеров приспосо­бить наиболее легкие шлюпбалки вместо мачтовой стрелы «Новика». Снять лишние грузы с оконечностей (запасные якорь, цепи, котельные трубки). Пересмотреть чертежи дельных вещей «Новика», показавших сла­бость конструкции (кат-балка, задрай­ки, швартовые шпи­ли, вентиляцион­ные трубы). Дейдвудную трубу для средней машины сделать водонепроница­емой. Динамо разместить в жилой палубе более удобно, если не удастся перенести в трюм. Закрепить все предметы вокруг 120-мм орудий, чтобы не было падений от сотрясения при стрельбе.

Общий вес металла на дополнитель­ные подкрепления составил 55 т при уве­личении прочности на 7%. Было принято предложение инженера Скворцова о за­мене палубного покрытия. Дерево предот­вращало отпотевание и вибрацию настил­ки между бимсами, а также выпучивание палубы от нагрева солнцем. Выбрали тик толщиной 1,75 дюйма.

Прошло всего пять месяцев с момента подписания контракта, а правление уже обратилось в ГУКиС с просьбой перенес­ти сроки сдачи судов на пять месяцев поз­же, связано это было с задержкой изго­товления котлов. Но Верховский не согла­сился с доводами правления завода.

В начале февраля поступило указание генерал-адмирала великого князя Алек­сея Александровича минное вооружение на крейсера «Жемчуг» и «Изумруд» не ус­танавливать. По мнению великого князя, незащищенные надводные минные аппа­раты представляли большую угрозу для собственного корабля, чем для противни­ка. Еще раньше решили отказаться от мин заграждения.

Заказ на изготовление водогрейных трубок для котлов (53 222 шт.) по цене 13 руб. 58 коп. за пуд получил Адмирал­тейский Ижорский завод; полностью выполнить заказ он обещал лишь через 14 месяцев. Ижорцы только недавно получи­ли английские станки для производства цельнотянутых трубок и еще их не освои­ли, отсюда и высокая цена, и задержки с поставками. Заграничные заводы предла­гали те же трубки по цене 8 руб. за пуд.

График поставок выполнен не был, и правление опять обратилось за разреше­нием на заграничный заказ. И снова по­лучило отказ с обещанием поставить трубки с Ижорского завода.

Тем временем выяснилось, что толщи­ну стенок котельных трубок котлов Ярроу надо увеличить (подверженных действию пламени — до 3,5 мм и остальных — до 3 мм), отчего вес котлов возрастал еще на 15,3 т, а стоимость — на 20 330 руб. для одного крейсера. Ижорский завод дол­жен был переналадить станки на новые размеры трубок. Он обещал поставить трубки для «Жемчуга» в середине года, но обещание опять не выполнил.

Управляющий Морским министерством наконец-то, скрепя сердце, разрешил заг­раничный заказ на 20 000 цельнотянутых трубок, остальные все же должны были поставляться ижорцами. Заказ на изготов­ление трубок в количестве 26 611 шт. раз­местили в Швеции. Цену за пуд трубок, доставленных и выгруженных на набереж­ную Невы, назначили 7,46 рубля — почти вдвое ниже, чем у Ижорского завода.

1 июня 1902 года в присутствии управ­ляющего Морским министерством П.П.Тыртова состоялась коллективная закладка крейсеров «Жемчуг» и «Изум­руд». По обычаю того времени, кроме закладной доски, которая укладывалась на горизонтальный киль в небольшом от­секе, заказывалось еще несколько таких же экземпляров для морского музея и для преподнесения почетным гостям на па­мять. В архивах МТК есть запрос от сек­ретаря главного инспектора кораблестро­ения Н.Е.Кутейникова корабельному ин­женеру Малковичу-Сутоцкому о том, по­чему не поступили закладные дощечки крейсеров «Жемчуг», «Изумруд», «это недоразумение или его превосходитель­ство не удостоился чести». Судя по со­держанию документа, главный инспектор на церемонии закладки отсутствовал, и дощечек ему не досталось. Правление, спохватившись, через месяц заказало новый комплект и преподнесло его Кутейникову с сопроводительным письмом.

Заказ на изготовление брони размести­ли на Ижорском заводе. Вес 30- и 35-мм брони составлял 15 013 пудов, 55-мм — 3 600 пудов. Цена за пуд назначалась в 4,4 руб., (крупповская — 6,6 руб. за пуд).

На Невском заводе комиссия порта с представителями МТК осмотрела четыре отлитых цилиндра для машин крейсера «Жемчуг». В золотниковой коробке одно­го цилиндра была обнаружена раковина, стенка коробки оказалась в два раза тонь­ше (0,5 дюйма вместо 1 дюйма). Испытав золотниковую коробку давлением 7 кг/см2 вместо назначенного 4,5 кг/см2 при рабо­чем давлении 2,1 кг/см2, комиссия допус­тила ЦНД к работе. А вот форштевень для «Изумруда», в котором обнаружили рако­вину больше допустимой, МТК потребо­вал отлить заново.

Правление завода предложило заме­нить медный паропровод высокого давле­ния стальным исключительно русской вы­делки. Комиссия под председательством инспектора механической части Нозикова согласилась, но при условии, что это не удлинит сроки и не повысит стоимость.

К концу 1902 года поступили данные о результатах плавания крейсера «Новик» от Кронштадта до Кадиса. Капитан 2 ран­га Гаврилов сообщал о ряде серьезных недостатков в машинной установке. Для их устранения было предложено устано­вить два электрических вентилятора для снижения температуры в первом машин­ном отделении, валопроводы всех машин снабдить разобщительными муфтами, пе­ределать водяное продувание кингстонов на паровое. Несколько позже выяснилось, что на единственной мачте «Новика» не­возможно поднимать многофлажные сиг­налы, а также второй топовый огонь для определения курса крейсера ночью. Воз­никали трудности с оснащением бельевых лееров и проводов беспроволочного те­леграфа. Поэтому на «Жемчуге» и «Изум­руде» решили установить дополнительно фок-мачту на полубаке (шп. 137) и сухую (т.е. без реев) бизань-мачту (шп. 41), вы­сотой от главной палубы 70 и 65 футов соответственно.

Первая половина 1903 года прошла в интенсивных работах по сборке корпуса, установке брони, чеканке заклепочных швов и стыков. В мае на обоих крейсерах было проведено испытание переборок на прочность наливом воды. Капитан 2 ран­га П.П.Левицкий, назначенный еще в на­чале 1902 года командиром крейсера «Жемчуг», предложил установить боко­вые кили, так как, по докладу командира «Новика», крейсер на переходе в штор­мовую погоду испытывал стремительную качку, при этом наводчики не могли удер­живать цель на мушке. Установка килей на длине 160 футов (48,8 м), по мнению инженера Скворцова, улучшала мореход­ные качества, но несколько уменьшала скорость. Предложение нашло поддержку в МТК: было решено установить боковые кили длиной 160 футов и глубиной 28 дюй­мов. Уже изготовили шаблоны, однако вви­ду спешности подготовки к походу от уста­новки килей пришлось отказаться.

14 августа 1903 года в присутствии Ни­колая II белоснежный корпус крейсера «Жемчуг» сошел на воду и стал на оба якоря посреди Невы под залпы импера­торского салюта. Таким образом, стапель­ный период строительства занял два года и семь месяцев. Спуск «Изумруда» состо­ялся 9 октября того же года.

Начало декабря застало «Жемчуг» у пристани Рожковского провиантского ма­газина, у левого берега Невы. Необычное даже для Петербурга зимнее наводнение взломало лед и сорвало крейсер со швар­товов, вынесло его на банку из льда, на­бившегося под днище корабля до самого дна. Обследование показало, что корабль приподняло на целый фут от обычного уг­лубления. Осмотр внутри и под водой во­долазами показал отсутствие поврежде­ний, в том числе и валов с винтами. Завод организовал работы по снятию «Жемчуга» с ледовой банки. Рабочие пешнями и крю­чьями выталкивали лед из-под корпуса; одновременно с помощью лебедок и дом­кратов судно пытались стащить в майну, специально вырубленную во льду. К стен­ке завода был пробит канал, по которому крейсер подтянули к заводу. На все это ушло 42 дня. И хотя работы на крейсере продолжались, их темп замедлился; из-за невозможности подвести воздух отверстия под заклепки приходилось сверлить руч­ными дрелями. (Кстати, следует отметить лидерство Невского завода во внедрении пневматического инструмента в российс­ком судостроении.)

В январе 1904 года началась война, для которой, собственно, и строились все новые русские корабли, в том числе и «Жемчуг» с «Изумрудом». Тем не менее особого оживления работ на них не про­изошло — по крайней мере, до апреля, когда процент готовности стал расти, да и то только на «Жемчуге» (видимо, на его сдачу флоту были брошены основные силы завода).

По пути в Порт-Артур вице-адмирал С.О.Макаров отправил свои предложе­ния по усилению вооружения крейсеров Невского завода: за счет снятия кормо­вой машины установить четыре надвод­ных минных аппарата, установить одно 203-мм, пять 152-мм и 10 75-мм орудий об­щим весом 240 т (что привело бы к умень­шению скорости на 2,7 уз.). На подкреп­ление корпуса потребовалось бы 38 т, об­разовавшийся запас водоизмещения в 100 т можно было бы употребить на до­полнительный уголь, что для Дальнего Востока весьма важно. Рекомендовалось также установить две машины по 100 л.с. для длительного крейсерства. Расчеты, подтверждающие идеи вице-адмирала Макарова, сделал инженер Вешкурцев, следовавший с адмиралом в одном по­езде. Кораблестроительный отдел МТК не нашел технических препятствий к их осуществлению, кроме размещения 10 75-мм пушек, для которых просто не было места. Расчеты, выполненные инжене­ром Ширшовым, показали, что метацентрическая высота уменьшится до 0,58 м, а скорость — до 21,7 уз., однако на выпол­нение всех работ по переделке судов тре­бовалось не менее 9 месяцев, поэтому получить «судно с грозной артиллерией для истребителей и которое нельзя бу­дет расстрелять с большого расстояния» (так охарактеризовал свой проект адми­рал Макаров) не удалось.

Примерно в это же время появился и более скромный вариант усиления артил­лерии за счет запаса водоизмещения. Ка­питан 2 ранга Левицкий предложил заме­нить 47-мм пушки на 75-мм или устано­вить дополнительно два 120-мм орудия. «Журналом МТК по артиллерии от 4.3.1904» последняя инициатива была принята. Из макаровских предложений согласились лишь с установкой минного вооружения, но не четырех, а трех над­водных торпедных аппаратов.

Два добавочных 120-мм орудия уста­навливались на шп. 82 на месте 47-мм, которые переносились на уширенный в виде «офицерского эполета» и подкреп­ленный кормовой мостик, а находившие­ся там 37-мм орудия перемещались на главную палубу (у шп. 92). Палуба на ме­сте установки новых 120-мм орудий под­креплялась, но спонсоны за неимением времени решили не делать, угол обстре­ла при этом ограничивался 103°. Патро­ны для новых орудий размещались в су­харном отделении в стеллажах в горизон­тальном положении; оговаривалось, что верхний ряд патронов не должен возвы­шаться над грузовой ватерлинией. Сухар­ное отделение переносилось с кормовой платформы на шп. 147 — 155 в помеще­ние между броневой и жилой палубами. Станки решили взять из запаса Обуховского завода, а четыре 120-мм орудия — со склада Кронштадтского порта из чис­ла снятых с крейсера «Дмитрий Донской». По расчетам МТК, усиление артиллерии на два 120-мм орудия не вызвало бы пе­регрузки по водоизмещению и было впол­не допустимо по остойчивости, метацентрическая же высота при 3100 т составит 0,85 м. Новый управляющий Морским ми­нистерством вице-адмирал Ф.К.Авелан, сменивший на посту скоропостижно скон­чавшегося в 1903 году П.П.Тыртова, со­гласился с предложениями о довооруже­нии крейсеров и приказал ГУКиС выдать наряд на работы с немедленным заклю­чением контракта без увеличения сроков готовности кораблей.

Корабельный инженер Ширшов, рас­смотрев вентиляционную систему судов, указал на ее слабость — особенно в но­совом патронном погребе, где предусмат­ривался только переносной электровен­тилятор, а вдувной трубы не показано во­обще, поток через люки четырех палуб бу­дет очень слабым. Заводу предложили проработать этот вопрос более детально. Также было принято решение о замене 28-футовых паровых посыльных катеров паровыми же 34-футовыми, кроме того, на каждый крейсер добавили по одному 6-весельному ялу. Гребные плавсредства, в силу того, что русская промышленность не освоила производство металлических, решили оставить традиционно деревян­ными. Правление завода тут же отклик­нулось очередным заявлением: плавсред­ства имеют больший вес, поэтому необ­ходимы более мощные шлюпбалки; вместе с лишним ялом общее увеличение веса на несколько тонн увеличит углуб­ление и ухудшит остойчивость.

Вместе с тем, срочность завершения постройки иногда заставляла отступать от правил. Так, было разрешено установить испарители Круга без их испытания на за­воде. Обуховский завод прокатал мало­магнитную сталь большей толщины, чем требовалось. Невский завод согласился, только лишь просил осуществить постав­ки вовремя.

 
Реклама:::


   Яндекс цитирования Rambler's Top100