Andrey152 написал:

#1554042
Коллеги, а как вообще японцы захватили "Манджурию"?

Благодаря МИДу

Andrey152 написал:

#1554255
Это как? 🤔

25 (12) сентября 1902 г. Р. Розен, назначенный посланником в Японии после Извольского, подготовил обстоятельную записку, касавшуюся предложения Курино. По мнению Розена, соглашение с Японией не означало того, что между двумя странами устанавливался мир, так как Япония не отказалась от своих стремлений господствовать над Кореей. Как полагал российский дипломат, Япония может поступиться своими интересами в Корее только в том случае, если превосходство российских "военных и морских сил на Крайнем Востоке" окажется реальным. Казалось бы, что в этих условиях было бы весьма желательным не сокращать и без того незначительное количество расположенных в Маньчжурии российских войск. Что касается Розена, то он определенно недооценивал значение заключения соглашения с Японией.

Ламсдорф не мог согласиться с такой позицией. В инструкции Розену он поручал ему воспользоваться миролюбивым настроением японских правительственных кругов для того, чтобы возобновить переговоры по корейским делам, приложив все старания к устранению в будущем всяческих недоразумений с Японией. При этом в основу соглашения должен был быть положен принцип целостности и неприкосновенности Кореи. Розену было поставлено на вид, поскольку уступки, которые могли быть сделаны японской стороной, не должны были предрешать корейского вопроса, а Россия должна была не допустить никакого вмешательства Японии в положение, которое занимали русские в Маньчжурии.
В 16:00 в Токио Комура передал Розену ноты о прекращении дипломатических отношений. Это произошло в 9:00 по петербургскому времени. Но поскольку действовал запрет на использование каналов связи, Розен не мог передать содержание этих нот ни в Петербург, ни в Порт-Артур59.

Тем временем в 16:00 в Санкт-Петербурге (в 23:00 по токийскому времени) Курино посетил Ламсдорфа и передал ему две ноты. В первой говорилось о прекращении переговоров, а также заявлялось, что "императорское правительство оставляет за собой право принять независимое действие, какое сочтет наилучшим для укрепления и защиты своего положения и охраны своих прав и законных интересов." Вторая нота сообщала о прекращении дипломатических сношений с Россией и выезде Курино и всего состава миссии60.

Вторая половина первой ноты подразумевала предупреждение о возможном нападении, но Ламсдорф не уловил этого потайного смысла. Вместе с официальными нотами Курино передал главе русского МИДа свое частное письмо, в котором содержалась такая фраза: "En esperant vivement que cette interruption des relations diplomatiques sera limitee a la plus courte duree possible". Как представляется, Ламсдорф, прочитав эту фразу, решил, что приостановка дипломатических отношений между двумя странами является кратковременной мерой и войны возможно избежать.

На следующий день, 7 февраля (25 января), глава внешнеполитического ведомства написал Куропаткину, что "отозвание японского посланника из Санкт-Петербурга и русской миссии из Токио не означает еще, что война между нами неизбежна". О сообщении Курино, но в своей интерпритации, Ламсдорф доложил царю и послал циркулярные телеграммы представителям за границей, а также наместнику на Дальнем Востоке. Фраза "императорское правительство оставляет за собой право принять такое независимое действие, какое сочтет наилучшим для укрепления и защиты своего опасного положения" не содержалась ни в докладе, ни в телеграммах. В этом заключалась серьезная ошибка министра иностранных дел. https://istorja.ru/articles.html/japan/ … siey-r361/

shuricos написал:

#1671064
Где «Манчжурию» носило пять дней - непонятно.

Например Ларенко в "Страдные дни Порт-Артура" пишет такое:

У знакомого встретил Б., который сообщил очень интересные, хотя печального свойства, сведения.

Пароход «Маньчжурия», взятый японцами 27 января, принадлежит, по его словам, Восточно-Азиатской компании, в которой участвуют, и чуть ли не главным образом, иностранные капиталы, «Маньчжурия» была нагружена боевыми припасами и пушками для крепости и флота, на ней был воздушный парк — три шара со всеми приспособлениями и материалами и, наконец, ремонтная материя на случай повреждения военных судов. Словом, «Маньчжурия» была нагружена самым ценным для нас грузом, который уже нельзя было подвезти железной дорогой и который усилил бы крепость и флот наш в очень значительной степени.

Когда «Маньчжурия» зашла в Шанхай и замешкалась там, несмотря на то что в воздухе уже слишком явно пахло порохом, то командир нашего там стационера, канонерской лодки «Манджур», капитан Кроун{278} потребовал от капитана парохода «Маньчжурии», чтобы он немедленно отправился по назначению, т. е. в Артур. Капитан хотел было отговориться неисправностью машин или котлов, но капитан Кроун назначил комиссию для освидетельствования состояния машин, и «Маньчжурия» вышла в Артур, простояв попусту в Шанхае четыре дня. После нее вышел из Шанхая в Артур пароход «Бари» и прибыл на место до начала военных действий.

По добытым дальше сведениям капитан «Маньчжурии», достигнув мыса Шандуня, застопорил одну машину, и ее начали чистить, тем временем работала только одна машина, и пароход двигался черепашьим ходом до тех пор, пока японские суда не взяли его как приз.

История очень подозрительного свойства.