Вы не зашли.
Тема Русско-Турецкой войны Телеграфный семафор на артиллерийских позициях под Варной= 1829 год. Руский музей в С-Петербурге.
=Взрыв Варны= Тюменская художественная галлерея.
=Берег моря у Варны=Тюменская художественная галлерея
Борис Грибанов.
ВОЗВРАЩЕНИЕ КАРТИН МАКСИМА ВОРОБЬЕВА
В начале 50-х годов я поселился на Невском проспекте, совсем рядом с комиссионным магазином, где работал Шибанов. Ко мне стали заходить многие ленинградские коллекционеры. Вскоре новое место жительства, соседство с антикварным магазином, а главное – мой интерес к живописи помогли мне войти в круг ленинградских коллекционеров.
Познакомился я с известным собирателем В., который был тогда увлечен русским портретом и имел приличную коллекцию. Б. довольно часто заходил ко мне, иногда мы с ним менялись картинами. Как-то он пришел с картиной, завернутой в простыню. «Вас, Бррис Николаевич, это может заинтересовать, так как на картине изображены море и корабли. Хотя это картина неизвестного художника».
С позволения Б. я приступил к внимательному осмотру картины. Уже тогда я взял за правило тш,ательно осматривать любую картину, так как каждая таит в себе неразгаданные тайны. Пусть крошечные, малоинтересные, но тайны, которые мне необходимо было постичь. Осмотр картины показал:
– картина никогда не была в реставрации;
– написана она на грубом холсте, который от времени, влаги и масла «сгорел» и стал очень хрупким;
– подрамник – русской работы;
– картина больна «масляной болезнью» (условное понятие состояния картины, написанной на масляном разбавителе, когда под влиянием времени и из-за неправильного хранения живописный слой покрывается мелкими пузырьками. Ярким примером масляной болезни может служить портрет А. С. Пушкина работы Кипренского, выставленный в Третьяковской галерее);
– живописный слой во многих местах отстал от грунта и кое-где осыпался, в особой опасности находится нижняя часть картины (достаточно легкого удара по холсту, и краска осыплется);
– картина очень загрязнена и, видимо, была покрыта олифой;
– углы потерты;
– гвозди – кованные вручную;
– на кораблях виден русский андреевский флаг.
Я пришел к вьшоду, что картина написана в начале XIX века в России. Б. внимательно следил за мной, время от времени хвалил картину, вероятно, он очень хотел избавиться от нее. Зная характер Б., я был уверен, что он уже показывал полотно многим коллекционерам, возможно, даже побывал с ним в Русском музее. По всей вероятности, ему никто ничего определенного не сказал и желающих приобрести картину не нашлось.
Мне картина понравилась. Настораживало, однако, крайне плохое ее состояние, требовавшее немедленного вмешательства опытного реставратора. Причем гарантии спасения полотна не было. Мой интерес к картине Б. мгновенно заметил, и мне пришлось расстаться с хорошим пейзажем Саврасова «Осень».
Так впервые я окунулся в дебри научно-исследовательской, чисто искусствоведческой работы. Вместо спокойной и «уютной» картины Саврасова, всеми признанной и одобренной, я приобрел, по мнению коллег-коллекционеров, «никчемную вещь», требующую ко всему прочему значительной траты денег на реставрацию.
Но марина меня по-настоящему увлекла и даже заинтриговала двумя моментами. Во-первых, время ее написания я относил к началу XIX века. А во-вторых, на кораблях развевались андреевские флаги, следовательно, на картине был изображен русский флот.
В тот же день ко мне приехал реставратор Юрий Михайлович Шаб-лыкин. Он осмотрел (как всегда, очень тщательно) картину, покачал головой и увез ее к себе в мастерскую. О стоимости реставрации говорить мы не стали, поскольку объем работ в данном случае невозможно было определить «на глазок».
Юрий Шаблыкин – ленинградский художник-реставратор, в те годы он работал в Эрмитаже. Впоследствии занялся только творческой работой, картины его появлялись на выставках ленинградских художников. Несколько лет я пользовался советами и помощью Шаблыкина как реставратора.
Занятый по горло работой и разными служебными делами, вскоре я забыл о своем приобретении. Спустя несколько месяцев мне позвонил Шаблыкин и рассказал о ходе работы над мариной: он укрепил живописный слой, картину дублировал, отпрессовал и начал расчистку. А еще через пару дней взволнованный Юрий Михайлович сообщает, что на левом крайнем корабле, между палубами, проглядывает какая-то надпись, которую он пока не может прочитать.
Я мчусь на Садовую, к Шаблыкину в мастерскую. Картину не узнать! Левая ее часть расчищена, снята грязь и все лаковые покрытия, и действительно – на левом корабле, между рядами пушек (или, по морской терминологии, «между палубами»), просматривается подпись. Первая буква читается ясно: «М». Ставим хорошее освещение, вооружаемся лупами, и после длительной возни подпись прочитана: «М. Воробьев».
На следующее утро я был первым посетителем Русского музея. Быстро нашел нужный мне зал, где представлены работы Максима Воробьева, и буквально с головой ушел в мир воробьевских пейзажей, марин, видов Петербурга... Первые, сумбурные впечатления о художнике наконец начинают превращаться в некую стройную теорию, характеризующую и обобщающую творчество М. Воробьева. Я получил возможность беспристрастно сравнить свою картину с полотнами М. Воробьева.
Выводы – радостные. Судя по холсту, по общей манере письма, по серебристому колориту, моя картина, безусловно, принадлежит кисти Воробьева. Причем к раннему периоду творчества художника -к 20-м годам XIX века.
Предварительная расчистка картины открыла еще одну деталь: за кораблями возник берег моря с клубами дыма, застилающими часть неба.
Картина по-прежнему находится в реставрации, а я продолжаю детально знакомиться с творчеством М. Воробьева. Устанавливаю, что две его серьезные этапные вещи, написанные в 1828 году, во время русско-турецкой войны, – «Вид Варны» и «Взрыв Варны» – пропали, местонахождение их неизвестно.
В те годы творчеством М. Воробьева очень интересовался искусствовед Русского музея Юрий Владимирович Смирнов, перу которого принадлежит довольно обстоятельный очерк о жизни и творчестве художника. Что я узнал?
Максим Никифорович Воробьев (1787-1855) – крупный русский художник первой половины XIX века, замечательный педагог, воспитавший целую плеяду великолепных пейзажистов России – таких, как М. Лебедев, И. Айвазовский, А. Боголюбов и другие. Работы М. Воробьева представлены почти во всех крупных музеях страны.
«Вид Варны» и «Взрыв Варны» были написаны художником, когда он был прикомандирован к штабу Черноморского флота. Писал он прямо с натуры, с одного из кораблей. Картина «Взрыв Варны» изображала момент взятия русскими войсками турецкой крепости Варна, которую буквально сравняли с землей.
Смирнов рассказал мне, что есть документы, подтверждающие, что обе эти картины были написаны по личному заказу шефа жандармов Бенкендорфа и находились, видимо, у него. Где они сейчас – Юрий Владимирович, к сожалению, не знал.
Углубляюсь в литературу о Воробьеве. И вот, в «Вестнике изящных искусств» (издавался этот журнал в 90-х годах XIX века в России), в статье о Воробьеве наконец нахожу сообщение об интересующих меня картинах. Оказывается, шеф жандармов Бенкендорф, кроме имений в самой России, имел поместье под Ревелем, оно называлось «Мыза Фалль». Именно на этой мызе, в рабочем кабинете хозяина, и находились обе «Варны». Во всяком случае это было их последнее известное место пребывания.
Мой интерес к двум знаменитым картинам М. Воробьева объяснялся просто: я имел смелость предположить, что владею одной из «Варн». Моя уверенность подкреплялась еще и тем, что ни в одном из известных мне частных собраний ни этих, ни подобных им вещей не было.
Встретившись с Б., бывшим владельцем картины, я узнал, что он приобрел ее где-то под Таллином. Снова жизнь связала меня с этим городом!
Этот факт стал еще одним подтверждением моей смелой мысли, и моя надежда на то, что в реставрации находится известная картина М. Воробьева «Взрьш Варны», долгое время считавшаяся бесследно пропавшей, становится все более обоснованной.
Окрыленный открытием, начинаю донимать Юрия Михайловича, чтобы он реставрировал картину очень аккуратно и качественно (хотя в таких наставлениях реставратор и не нуждался). И вот через несколько месяцев в мастерской Юрия Михайловича перед нами в полном блеске и великолепии предстает одна из лучших картин, написанных М. Воробьевым в ранний период его творчества.
В своем повествовании я упустил одну важную деталь: картину я получил в раме, соответствующей времени написания полотна. Рама – стиля ампир, штапики на ней не лепные, как в обычных рамах, а резные, из дерева. Русская крепостная работа. В этой раме картина была особенно хороша!
Смирнов, по моей просьбе осмотревший уже готовую картину, также приходит к выводу, что это – именно та вещь, которая была на мызе «Фалль» в собрании Бенкендорфа.
Таким образом, одна из парных вещей М. Воробьева найдена и приведена в порядок. А где вторая? Где «Вид Варны»? Висели картины вместе, но как сложилась их судьба? Эти вопросы не давали мне покоя, а я, в свою очередь, не давал покоя Б., долго и подробно выспрашивая, как и где он приобрел «Взрыв Варны». Но, увы, его информация ничего не дала для розыска второй картины. Я узнал лишь, что имение «Фалль» сгорело и все, что там было, погибло в огне или было разворовано во время пожара.
Много приятных часов в Таллине провел я не только с Кидроном, но и в обществе бывшего русского князя Картшебашева. Кавалергард Картшебашев, как он мне представился, хорошо знал по службе в царской армии генерала Игнатьева, автора книги «50 лет в строю», и генерала Маннергейма. С Игнатьевым кавалергард служил в одном взводе. Я услышал массу занятных историй из жизни кавалергардов. Сам старик Картшебашев был когда-то владельцем обширнейших земель в Мордовии.
В живописи князь ничего не понимал, картины не коллекционировал, но зато прекрасно знал жизнь русской аристократии и в этом смысле был незаменимым источником информации. Его коньком, стихией были лошади. Князь знал на память все конные заводы России, ипподромы, породы рысаков и вообще все, что касалось лошадей и конного спорта. В Эстонии он когда-то тоже имел конный завод, но, видимо, разорился и говорить об этом не любил.
После того как немцы сожгли имение Картшебашева, бывший князь поселился в Таллине с женой, тоже русской дворянкой. Жили они в небольшой комнатенке, очень скромно обставленной, но, вероятно, «на черный день» у них кое-что было припрятано. Только один раз князь показал мне и даже предложил приобрести миниатюрную золотую кавалергардскую каску, прекрасно выполненную из разноцветного золота и платины придворным мастером Карлом Фаберже. По словам князя, эту каску подарила ему невеста, княжна Черкасская, в 1916 году. Волею судьбы на княжне он не женился. Не удивительно, что жена князя не любила подарок Черкасской.
На каске были изображены два герба: князей Картшебашевых и князей Черкасских. Я не понял тогда красоту этой вещи и, испытывая предубеждение перед золотом вообще, не купил ее. Только позже я понял, что отказался от шедевра русского прикладного искусства.
И вот я решаюсь привлечь к поиску «Вида Варны» Кидрона и бывшего князя. Я сообщаю им размеры и сюжет пропавшей вещи. Кидрона прошу не забывать о «Варне» при посещении домов эстонских коллекционеров, а князя – при визитах в русские эмигрантские дома.
Летом 1954 года во время отпуска мы с Картшебашевым поехали на место, где была мыза «Фалль». От имения ничего не осталось, нам пришлось объездить все соседние хутора, но никаких следов исчезнувшей картины мы не обнаружили. Кидрон тоже ничего утешительного сообщить не мог, так как у эстонских коллекционеров подобных вещей не оказалось. Так одна за другой рвались последние тоненькие нити, связывающие меня с утраченной картиной. Я прекратил поиск.
В конце 1956 года мне пришлось вновь побывать в Таллине. Как обычно, я связался с эстонскими коллекционерами. Особенно меня интересовало предложение одного из них посмотреть несколько картин, с которыми он хотел бы расстаться. Выяснилось, что картины находятся в Пяскула. Делать нечего, пришлось брать такси и ехать туда. Поездка оказалась крайне неудачной: лишь одно полотно привлекло мое внимание, видимо, из-за страсти к морским пейзажам. Эта марина была в ужасающем состоянии – на ней едва-едва, сквозь грязь и ножевые порезы, проглядывало море. Однако я приобрел ее. Не возвращаться же было с пустыми руками!
В Ленинграде я отдал картину в реставрацию Юрию Михайловичу Шаблыкину. Он тоже отнесся к моей покупке как к незначительной вещи, а сам факт приобретения счел моей причудой. Как обычно, через несколько недель Шаблыкин позвонил мне и доложил о ходе работ. Чуть смущаясь, в конце беседы он проговорил, что холст, подрамник, живописный слой и манера письма чем-то напоминают ему «Взрыв Варны».
Меня словно током ударило: а ведь действительно эта картина напоминала «Взрыв Варны»! Уточняем по телефону размеры обеих картин – они практически одинаковые. Ошеломленный невероятной удачей, я моментально еду к Шаблыкину, и после тщательного и длительного осмотра картины мы оба приходим к выводу, что перед нами – «Вид Варны» («Вид осады Варны», «Берег моря близ Варны», 1829).
Ускоренными темпами Шаблыкин начинает расчистку картины. Каждую неделю я езжу к нему в мастерскую и любуюсь открьшающи-мися участками живописи. Когда была расчищена половина картины, сомнений в том, что это – работа М. Воробьева, у нас не оставалось. Хотя подписи на ней мы еще не обнаружили.
Наконец реставрация закончена, и перед нами – прекрасная работа М. Воробьева 20-х годов, изображающая вид какого-то города с моря.
Холст, подрамник, манера письма, серебристый колорит и, главное, размер картины – все это говорит о том, что картина – парная к «Взрыву Варны».
Основная трудность в атрибуции обеих картин заключалась в том, что мы не знали о них практически ничего, кроме названий. С полотен не существовало ни единой фотографии, репродукции или рисунка.
Теперь нужно было найти изображение Варны тех времен и сравнить его с картиной. Сделать это мне не удалось, и я пошел другим путем. Фотографирую свою картину и снимок отправляю в Болгарию, в городской музей Варны. Через некоторое время получаю письмо с сообщением, что на фотографии действительно изображена Варна начала XIX века.
Круг замкнулся.
«Варны» найдены.
Успех потрясающий!!!
Сайт Ольги Имаевой-Грибановой
Отредактированно Strannik4465 (09.08.2010 21:41:47)
Творчество художника Александра Александровича Блинкова
Известный советский баталист Александр Александрович Блинков свое увлечение к изобразительному искусству реализовал учебой (1932—1939) в Институте живописи, скульптуры и архитектуры Всероссийской академии художеств в Ленинграде (с 1944 года — ИЖСА имени И.Е. Репина).
Его дипломная работа была посвящена героико-романтической в те времена теме Гражданской войны (Первая Конная под Воронежем), а свой первый самостоятельный "художественный бой" принял в Советско-финской войне. Далее последовали Великая Отечественная и картины А. Блинкова "Взятие Тихвина" (1941—1942), "Партизанские тропы" (1945), "Курская дуга" (1957—1959), серия "Дороги войны" (1964—1965) — лишь некоторые из работ художника военной тематики.
А.А. Блинков принимал участие и в создании монументальных творений. В соавторстве он выполнил панораму "Оборона Петрограда", диорамы "Штурм Зимнего дворца" (1957), "Волгоградская битва" (1962).
Заметим, что в недавние времена существовала имеющая свои достоинства и недостатки система государственных и общественных заказов на создание художественных произведений. В скорректированном виде она и впредь, наверное, должна иметь право на существование — не отдавать же полностью на откуп отдельным личностям с тугими кошельками столь важное общенациональное дело.
Отредактированно Strannik4465 (30.06.2010 21:53:26)
Работы из фондов ЦВММ =Взятие Нарвы русскими войсками 11 мая 1558 года=
=Начало строителльства С-Петербурга= работа 1955 года.
=Гангутский бой=
Отредактированно Strannik4465 (10.07.2010 15:23:45)
=Бой брига =Александр= с французскими судами 17 декабря 1806 года=
фрагмент
Отредактированно Strannik4465 (20.08.2010 22:30:32)
Тема войны
=Залп реактивных минометов=
=Торпедные катератк Балтийского флота атакуют конвой противника в Нарвском заливе 1944 г.= ВВМУ им Фрунзе
Отредактированно Strannik4465 (13.12.2010 21:45:57)
Творчество художника Александра Михайловича Ананьева Родился в 1956 году в г. Ленинграде. Окончил Московский государственный художественный институт имени В.И. Сурикова в 1983 году.
В Студии военных художников имени М.Б. Грекова с 1983 года.
Отредактированно Strannik4465 (02.07.2010 22:20:32)
Тема флота =Первый русский корабль =Орел==
Эскадра Ушакова
Отредактированно Strannik4465 (02.07.2010 22:39:49)
=Проклятье окупантам=
Портрет Ю.А. Гагарина. Работа 1962 года.
=Морской десант=
Отредактированно Strannik4465 (22.08.2010 20:43:07)
Творчество художника Николая Михайловича Кочергина
Николай Михайлович Кочергин родился 9 мая 1897 года в селе Всесвятском. Это небольшое село находилось в нескольких верстах от Тверской заставы. Сегодня именно здесь расположена станция метро "Сокол”. После нескольких лет занятий в сельской школе Николай Кочергин был определен в городское училище в Замоскворечье, где учился без особого желания и предпочитал вместо уроков убегать в Третьяковскую галерею или Румянцевский музей. Любовь к искусству привела его в 1908 году в Строгановское художественно-промышленное училище.
Получив сначала общее образование, Кочергин успешно овладел и специальными предметами. Этому способствовали опытные преподаватели, работавшие в училище.
Умение свободно разбираться в эпохах и стилях, привычка просматривать альбомы, справочники, знакомясь с которыми художник постоянно пополнял свои знания, подтолкнули Кочергина к собиранию книг. За несколько десятилетий им была собрана богатая библиотека по изобразительному искусству, одна из наиболее значительных в частных коллекциях Ленинграда.
Продолжая занятия в училище, Николай Кочергин увлекся скульптурой из дерева, а через некоторое время был даже назначен помощником заведующего резчицкой деревянной мастерской. Летом 1918 года он вступил добровольцем в Красную Армию и вскоре был направлен в высшую школу военной маскировки (ВШВМ).
Кочергин создавал советский плакат, внеся в него свой оригинальный вклад, такими произведениями агитационного искусства, как "Очередь за Врангелем”, "1 Мая”, "Дети-цветы коммуны”. К этому необходимо добавить его обширную деятельность для газет и журналов двадцатых-сороковых годов в карикатуре, в оформлении периодических изданий "Красная панорама”, "Огонек”, "Вокруг света” и "Мир приключений”.
Следует отметить не устаревшую и поныне замечательную работу художника, выполненную для ленинградского кукольного театра Евгения Деммени "Гулливер в стране лилипутов”. Искусно и остроумно им вырезанные из дерева куклы, уже более полувека не сходят со сцены, радуя своей удивительной образностью.
После нападения гитлеровской Германии на Советский Союз, основным делом Кочергина стала агитационо-плакатная тематика. В блокадном Ленинграде, как и тысячи ленинградцев, тяжело-больной Кочергин отдавал созданию агитационных произведений все свои силы. Он принимал участие и в создании "Окон ТАСС”. Весной 1942 года он был вывезен в тяжелом состоянии из города "дорогой жизни” по льду Ладожского озера. Кочергин с семьей эвакуировался в город Фрунзе. В конце сороковых годов художником был создан ряд монументальных полотен – "Новгород наш” (1946), "Ленинградцы” (1948), "Штурм Зимнего дворца” (1950).
Послевоенный период отмечен крупными успехами Кочергина в иллюстрировании детской книги. Художник начал выступать с рисунками в детских журналах. Приключенческие повести Г.Матвеева "Зеленые цепочки”, П.Капицы "В открытом море” и Э.Выгодской "Опасный беглец” были одними из первых произведений, проиллюстрированных художником для "Детгиза”. Во второй половине пятидесятых годов с рисунками Кочергина был издан "Всадник без головы” Майн Рида.
Эпос нашей страны - обширная область работы Кочергина в детской книге. Среди многочисленных произведений, проиллюстрированных им, следует назвать былины, сборник из героического эпоса народов СССР, сказки России, Карелии, Молдавии, далекой Тувы.
Несколько раз переиздавался в его оформлении "Конек-горбунок”. Кочергин добился своего, оригинального прочтения знаменитой сказки II.П.Ершова. Красочность русской старины привлекла его и определила характер иллюстраций, столь же ярких и праздничных.
Важным этапом в развитии творчества Кочергина стали рисунки к карело-финскому эпосу "Калевала”. Первый вариант иллюстраций был напечатан в 1953 году. Четыре года спустя, в 1957 году, "Калевала”, выпущенная "Детгизом”, пополнилась новыми графическими листами. Оформление книги было улучшено художником. Но он не остановился на достигнутом. В издании 1967 года рисунки стали еще образнее. Чувствуется широта характеров героев, неиссякаемый оптимизм, могучии жизненная и душевная силы.
Русский и зарубежный фольклор, приключенческий жанр, произведения современной литературы - это лишь преобладающие стороны обширного творчества художника. Рисунки к египетским, вьетнамским сказкам, к произведениям китайской классики XIV века, к фантастической повести М.Зуева-Ордынца "Сказание о граде Ново-Китеже”, к стихам С.Михалкова (отмеченным дипломом на Всесоюзном конкурсе 1967 года) - это всего часть произведений книжной графики Кочергина шестидесятых годов.
Сказка В.Жухровского "Волшебная тыква” с иллюстрациями 1970 года, удостоенна диплома Всероссийского конкурса искусства книги. Художник улучшил издание "Калевалы” 1973 года. Он сделал заставки цветными и более цельными.
Кочергину очень близка тема героических деяний, она нашла широкое развитие в его иллюстрациях. Рисунки к книгам "Русские богатыри” и "Русские конники” (издательство "Малыш”, 1971) знакомят юного читателя с подвигами русских воинов от сказочных былинных времен до периода Великой Отечественной войны. Иллюстрации увлекают своей романтической взволнованностью и прославляют доблесть русских людей.
Важную военно-патриотическую тему развивают и рисунки художника к книгам "Богатыри” (1972) и "Денис Давыдов” (1973). В произведениях Кочергина получили особенно образное воплощение народные предания о славных витязях. Лучшие из его иллюстраций к былинам "Святогор” и "Добрыня Никитич” принадлежат к наиболее впечатляющим страницам книжной графики на темы фольклора.
Эти творческие достижения еще раз убеждают, что Кочергин - один из самых опытных и значительных мастеров советской детской книги, завоевавший широкое признание. Достижения Кочергина в иллюстрировании детской литературы и в эстампах на темы фольклора знаменовали высший этап развития его графики, связанный с общим подъемом советского искусства в середине шестидесятых и в семидесятые годы.
Количество произведений Кочергина очень велико. Художник работал в искусстве более полувека. До конца своих дней заслуженный художник РСФСР Николай Михайлович Кочергин плодотворно работал. Он скончался 10 мая 1974 года после короткой тяжелой болезни.
Н.М.Кочергин всегда говорил, что он стремился, чтобы его искусство было доступно самым широким слоям зрителей.
_____________
Отредактированно Strannik4465 (11.12.2010 22:55:15)
Николай Михайлович создал много произведений на тему Русской истории и истории флота. Часть из них хранится и экспонируется в ЦВММ. =943-944гг. Взятие города Бердаа во время похода русских на Каспийское море. 1947г=