В 1901 г. руководство Китая начинает проводить так называемую «новую политику» (синьчжэн). Основной из причин этого стало движение ихэтуаней, возникшее первоначально как стихийный протест провинции Шаньдун против притеснений, чинимых иностраннми миссионерами вкупе с местными чиновниками, привело, как известно, к вооруженному столкновению Китая с иностранными державами в 1900-1901 гг. стремясь отвести от себя волну народного возмущения, цинский двор после долгих колебаний объявил войну Западным державам, которые ответили на это объединенной вооруженной интервенцией. Несмотря на отдельные удачные бои (под Тяньцзинем и Лафаном), китайские правительственные войска и отряды повстанцев-ихэтуаней (между которыми иногда происходили взаимные стычки) были разгромлены. Поражение цинского двора завершилось подписанием в сентябре 1901 г. унизительного для Китая «Заключительного протокола». Одна из статей этого договора содержала обязательство цинского правительства в течение ближайших двух лет не ввозить из других стран оружия, боеприпасов и военных материалов, причем иностранные державы в случае необходимости могли требовать пролонгации этого запрета через каждые два года. Согласно другой статье «Заключительного протокола», цинское правительство обязывалось срыть все укрепления, построенные между Пекином и побережьем .
Жестокое поражение правительственных войск, а также рост недовольства различных слоев китайского общества побудили цинский двор заняться реформами, особенно в области военного дела. Уже в апреле 1901 г. была создана комиссия по рассмотрению соответствующих предложений. В ее состав вошли видные маньчжурские и китайские сановники: князь Цин (И Куан), Ли Хун-чжан, Жун Лу, Кунь Ганн, Ван Вэнь-шао и Лу Чуань-линь . Хотя Чжан Чжи-дун и Лю Кунь-и были названы лишь в качестве советников этой комиссии, их предложения о мерах, способных улучшить постановку военного дела в стране, легли в основу многих будущих реформ. Русский посланник М.Н. Гирс, отмечая движение среди маньчжурских сановников в пользу реформ, в мае 1901 г. писал: «За последнее время в Пекине среди высших сановников империи стали усиленно говорить о необходимости приступить, возможно, раньше к введению реформ  в Китае. При этом достойно внимания то обстоятельство, что самыми ревностными сторонниками идеи реформ являются уже не китайские по происхождению сановники,… а маньчжуры… Я не могу  умолчать, что именно в среде маньчжур-преобразователей японцы главным образом и стараются вкоренить свое влияние. Они находят в этой среде людей,  завидующих их военной силе и готовых подражать им .
Указом от 29 августа 1901 г. была, наконец, ликвидирована старая система военного образования, более столетия тормозившая развитие военного дела в Китае. 2 сентября 1901 г. был опубликован важный указ, в котором признавалось неудовлетворительное состояние существующих формирований и подчеркивалось необходимость создания в стране современной регулярной армии, обеспеченной резервом. 12 сентября 1901 г. был принят императорский указ, предписывавший наместникам и губернаторам всех провинций представить на рассмотрение цинского двора проекты новой организации войск . В феврале  и июне 1902 г. наместник провинции Чжили Юань Ши-кай, назначенный на это пост после смерти Ли Хун-чжана, представил цинскому двору два доклада. В первом из них он предлагал перейти от свободной вербовки солдат к организованному рекрутскому набору, а во втором – выдвигал идею создания постоянной армии (чанбэйцзюнь) с резервом и запасом. Предложения Юань Ши-кая встретили поддержку цинского двора; в октябре 1902 г. была сформирована первая дивизия новых войск. В течение 1902-1904 гг. подобные формирования были созданы в ряде провинций (Хубэй, Цзянсу, Шаньси, Шэньсии, Цзянси, Гуанси, Гуйчжоу и Юньнань) .
Армия комплектовалась по утвержденным двором единообразным правилам: в солдаты вербовались юноши 20-25 лет  уроженцы данной провинции. Новобранцы должны были дать сведенья о трех предшествовавших поколениях своего рода и о числе членов своей семьи (не имеющих семьи в армию не принимались). Кроме того, за их репутацию ручались местные власти (сельские старшины) и пользовавшиеся авторитетом жители данной деревни. Семье новобранца выдавалось удостоверение на право получения части содержания, с освобождением, сверх того, от налогов на 20 му земли. В правилах особо оговаривалось, что в армию нельзя принимать бродяг, прежних беглых солдат и прочих неблагонадежных» лиц.
При наборе в армию предпочтение отдавалось грамотным новобранцам. Устав 1902 (1904) г. предусматривал, чтобы в первую очередь принималась пятая часть всего требуемого числа новобранцев из грамотных. После пяти месяцев службы они производились в унтер-офицеры или рядовые 1-го разряда и должны были обучать остальных новобранцев.
Во многих районах страны набор в новую армию шел медленно, поскольку желающих было немного. Чтобы как-то заинтересовать юношей в армейской службе, местные власти сулили некоторые привилегии солдатам, отслужившим совой срок. Так, губернатор Цзянсу обещал, что лучшие из солдат по окончании службы получат звания чиновников 6-го и 7-го классов и должности унтер-офицеров в полиции, а также могут получить дипломы учителей начальных школ (после соответствующих экзаменов).
Приступив к организации современной армии, цинский двор не мог не обратить внимания на восьмизнаменные войска, которые находились в состоянии деградации. В декабре 1902 г. Цыси поручила Юань Ши-каю, который пользовался ее особым доверием, организовать из трех тысяч столичных знаменных особую бригаду, обученную и вооруженную по современному образцу. Первые ее соединения были сформированы уже в начале 1903 г. и являлись кадровыми частями, при которых впоследствии стали обучаться по несколько месяцев в году резервисты, проживавшие в Пекине. Первоначально при организации новых войск из маньчжуров новобранцы не редко дезертировали , но в дальнейшем эти случае значительно сократились. Кроме провинции Чжили новые части из маньчжуров были сформированы также в других провинциях.После создания в декабре 1903 г. комитета по реорганизации войск (ляньбинчу) , с деятельностью которого начался этап военных реформ, в основу организации сухопутных вооруженных сил был положен проэкт полевой армии (люцзунь), опубликованный в начале 1905 г . Согласно этому проекту, новая армия должна была состоять из трех компонентов: контингента действующих войск (чанбэйцзюнь), резерва (сюйбэйцзюнь) и запаса (хоубэйцзюнь). Все поступавшие на службу зачислялись сначала на три года в полевую армию, затем на три года в резерв. В резерве они жили обычной гражданской жизнью, но ежегодно призывались на военные учебные сборы (раз в месяц), по окончании срока резервной службы их зачисляли на четыре года в ополчение. Через четыре года ополченцы выходили в отставку и становились гражданскими лицами. . А к 1913 г. полевая армия должна была быть сформирована в составе 36 дивизий, оснащенных новейшим огнестрельным оружием и обученных по типу передовых иностранных армий. В соответствие с проектом в Северном Китае на базе крупных модернизированных соединений было сформировано шесть полевых дивизий, в том числе одна маньчжурская. При развертывании маньчжурской бригады в дивизию Те Лян в конце 1905 г. разослал приказ, чтобы начальники восьмизнаменных войск отобрали на местах по нескольку десятков или сотен наиболее пригодных для военной службы солдат и прислали их в Баодинфу для зачисления в первую  (маньчжурскую) дивизию. Особое внимание было обращено  на то, чтобы дивизию (как, впрочем, и в другие новые части) не попадали «неблагонадежные» элементы: каждый новобранец обязан был заручиться рекомендацией нескольких поручителей.
Новые маньчжурские войска были вооружены маузеровскими винтовками 1888 г., старыми крупповскими орудиями (87 мм) и частично новыми – Грюзона (57 мм).
При организации этих войск Юань Ши-каю, стремившийся усилить свое влияние в столице, удалось убедить цинский двор расположить эти части в Баодинфу по дпредлогом, что здесь обучение их пойдет успешнее, так как имеется военное училище. Ему удалось также настоять, чтобы кандидаты на офицерские должности проходили восьмимесячный курс обучения в этом же училище. В результате офицерами в маньчжурской дивизии чаще всего служили коренные китайцы, которые были более преданны Юань Ши-каю, чем цинскому двору. Что же касается солдат, то они относились к китайским офицерам враждебно и неохотно выполняли их распоряжения. Эта вражда особо стала заметной в конце 1905 г., когда командиром маньчжурской дивизии был временно назначен маньчжур Фэнь Шань. Один из немецких офицеров, сообщая об этом назначении, в декабре 1905 г. писал следующее: «Фэн Шань – ярый враг китайцев. Он стремится выжить всех китайских офицеров, которые до сих пор командовали в маньчжурской дивизии, и заменить их маньчжурами… Солдаты, конечно, также видят это и подчиняются китайским офицерам весьма неохотно…
Впрочем, в отношении степени обученности, физических качеств солдат, стрельбы и пр. маньчжурская дивизия далеко превосходит все другие дивизии. Маньчжуры подтягиваются, сознавая, что борьба с китайским элементом становится неизбежною, и не намериваются, по-видимому, уступить без всяких усилий со стороны» . Национальная вражда существовала не только в маньчжурских, но и китайских частях. Русский посланник И.Я. Коростовец, сообщал о беседе с германским посланником о выводе иностранных войск из провинции Чжили, 4 ноября (22 октября) 1908 г.  писал следующее: «Граф Рекс указал на  то, что во главе некоторых китайских отрядов стоят офицеры-маньчжуры, которым  подчиненные им солдаты-китайцы повинуются крайне неохотно». .
Создавая новые войска, цинское правительство проявляло особую заботу о подготовке офицеров из числа знаменных. В феврале 1905 г.  в Китае были обнародованы правила подготовки офицеров для новых войск, предусматривавшее создание во всех главных городах провинций подготовительных военных школ (сяосюетан) с трехлетним курсом общего и начального военного образования, знаменным были предоставлены льготы при поступление в училище, открываемое в Пекине . Затем выпускники направлялись для продолжения образования в средние кадетские школы (чжунсюэтан), Такие школы открылись в Пекине, Нанкине, Учане и Сиани. Проучившись два года, кадеты должны были пройти шестимесячную практику в армии, а потом поступить в офицерские училища с полуторагодичным курсом обучения . При такой системе военного обучения первый выпуск офицеров мог состояться только в 1912 г., т.е. тогда, когда новые войска в основном должны быть созданы. Поэтому цинское правительство разрешило создавать различные офицерские школы и курсы ускоренного обучения (со сроком от полутора до двух с половиной лет). В эти учебные заведения принималась гражданская молодежь, обладавшая достаточным (как правило, средним) образованием. В результате новая армия уже с 1908 г. стала получать ежегодно до 15000 офицеров. Однако и этого числа офицеров  было недостаточно, поэтому в новую армию приходилось брать офицеров старых войск, получивших крайне плохое военное образование. В сформированных частях новой армии до 1908 г. преобладало старое офицерство, особенно в бэйянской армии.
В июне 1906 г. для членов императорской фамилии, а также сыновей знатных сановников было открыто специальное военное училище (луцзюнь гуйчжоу сюэтан).Решение о посылке знаменных (в возрасте от 15 до 25 лет) за границу на учебу было принято еще в феврале 1902 г., за ним последовало несколько новых постановлений, специально касавшихся обучения знаменных за границей. В июле 1905 г. был опубликован указ о том, что князья первых двух степеней (циньваны и цзюнваны), а также начальники восьмизнаменных войск должны глубже вникать в изучение военного дела, и заботится о замене вооружения более современным. Вслед за этим в конце 1905 г. князю Цинну было поручено отобрать несколько молодых людей – родственников императорского дома для отправки в Японию. В Японии же прошла военное обучение основная масса молодых людей посланных за границу, всего с 1900 по 1911 военное образование в Японии получили около 700 офицеров, причем большая часть из них вернулась на родину в 1908-1911 гг. . В декабре 1907 г. цинский двор одобрил доклад министерства иностранных дел (вайубу) о посылке детей знатных сановников на учебу в США, Германию и Англию. В правилах, разработанных министерством иностранных дел, в частности указывалось, что члены императорской фамилии при выборе учебного заведения (гражданского или военного) за границей должны руководствоваться указаниями посланников и находится под их контролем.
Между новым и старым офицерством в армии существовала рознь. Старые офицеры завидовали молодым, получавшим должность командиров рот и взводов уже после двух-трех лет службы. Учившиеся за границей повозвращении на родину нередко назначались командирами батальонов и полков. Новые же офицеры смотрели на старых, как на невежд.
Известные успехи, достигнутые в организации частей подготовке новых кадров  из знаменных, не могли, однако, остановить процесс упадка восьмизнаменных войск, еще в марте 1903 г. русский военный агент К.Н. Денисенко сообщал о состоянии маньчжурского гарнизона в Наньцзине следующее: «Недавно императорский уполномоченный проводил смотр нанкинского гарнизона. Часть войск явилась с луками и стрелами, а другая часть со старыми маузеровскими ружьями 11-ти мм калибра. Некоторые выстроились в три шеренги, некоторые в две. Ни у кого не было ни ранца, ни патронташа. Патроны неслись каждым солдатом в ящике, по 30патронов. Полевых орудий на этом смотру не было» .
Особенно плачевным было состояние старых маньчжурских войск в отдаленных пограничных районах. Так, из 7 800 солдат-маньчжуров, размещенных в Синьцзяне в 1905 г., только 2 000 были пригодны для военной службы. О вооружении маньчжурских войск в этой провинции можно составить представление на основе, в котором насчитывалось 18 офицеров и 706 солдат, служивших в пехоте, артиллерии и кавалерии. Как явствует из доклада, представленного цинскому двору в августе 1905 г., из 7 офицеров и 380 солдат-пехотинцев лишь 4 офицера и 252 солдата имели иностранные ружья устаревших марок, остальные офицеры и солдаты были вооружены тяжелыми мушкетами (тайцянь). Что же касается кавалеристов, то из 5 офицеров и 172 солдат лишь 3 офицера и 66 солдат имели ружья, остальные офицеры и солдаты были вооружены луками. В отчете за 1905 г. С.А. Федоров, русский консул в Кульдже, касаясь военных преобразований в этом районе Синьцзяна, в частности, отмечал: «Несмотря на то, что в половине прошлого года был издан богдыханский указ об изъятии в войсках 8-ми знамен луков и оружия устарелых образцов… здесь остается пока все по-старому в течение  минувшего года не замечалось в положении вооруженных сил ни малейшей перемены в каком-либо направление» .
Создавая новые маньчжурские части, цинский двор в то же время всячески препятствовал упразднению восьмизнаменных войск, так как это было связанно с отменой иерархии чинов и различных материальных льгот, которыми продолжало пользоваться служилое сословие. Поэтому, несмотря на неоднократные предложения видных сановников (в том числе маньчжуров, например Дуань Фана) о необходимости реорганизации ликвидации старых формирований, восьмизнаменные войска оставались на прежнем положение, получая от правительства жалование, паек и различные виды пособий.
Вопрос о судьбе старой маньчжурской армии встал особенно остро летом 1907 г., когда новое министерство сухопутных сил – луцзюньбу (образованное вместо старого – бинбу), приняло решение создать так называемые охранные войска (сюньфандуй). Эти войска предназначались для поддержания «внутреннего порядка» в стране и в случае войны должны были стать вспомогательной силой для полевых. Новые охранные войска создавались на базе старых формирований, которые подлежали реорганизации или упразднению. Решение о постепенном роспуске войск зеленого знамени было принято еще в 1901 г., остальные формирования старого типа (сянъюн, ляньцзюнь и др.) вместе с оставшимися частями войск зеленого знамени должны были влиться в отряды сюньфандуй.
Обсуждение в Государственно совете вопроса о возможной ликвидации восьмизнаменных войск вызвало недовольство императрицы Цыси; в результате проект коренной реорганизации столичной армии, связанный с ограничение льгот и  привилегий знаменных, был возвращен на дополнительное изучение. Вместе с тем цинский двор был вынужден согласиться на постепенный роспуск маньчжурских гарнизонов в провинциях. В ноябре 1907 г. вышел указ, который предписывал местным властям наделять демобилизованных знаменных участками земли за счет имеющихся земельных и денежных фондов провинции.
Широкое общественное движение за установление конституционной формы правления в Китае вынудило цинский двор в августе 1908 г. выступить с программой подготовительных мероприятий, связанных с введение конституции и созывом парламента. Программа, рассчитанная на десять лет, в частности, предусматривала постепенную реорганизацию восьмизнаменных войск, которая должна была завершиться в 1915 г. Эта реформа, по мнению цинского правительства, должна была ликвидировать различия, существовавшие в положении маньчжуров и китайцев, и таким образом привести эти народы к сближению и объединению. Между тем сам срок окончания реорганизации маньчжурской армии (1915 г.) свидетельствовал о стремление цинского двора затянуть выполнение данного обещания.
В соответствие с программой подготовительных мероприятий 17 декабря 1908 г. был издан указ об учреждение комитета по пересмотру уставов восьмизнаменных войск (баньтун цичжи чу). Как видно из указа, последовавшего 26 декабря, этот комитет, образованный из маньчжурских князей и высших сановников, должен был обратить внимание и на улучшение учебы знаменных, найти средства для устройства их быта. Указав маньчжурам на необходимость самоусиления и опоры на собственные силы, цинский двор в то же время подчеркнул, что жалование и паек за ними сохраняются. Этим указом цинское правительство пыталось поднять боевой дух знаменных, впавших в уныние в связи с предстоящей реорганизацией.
Последующие годы показали, что цинское правительство не торопилось с роспуском старых формирований и не собралось отменять привилегии служилого сословия.
Чтобы создать видимость реформаторской деятельности и таким образом отвлечь внимание общественности от наболевшего вопроса, комитет по пересмотру уставов разработал план постепенного роспуска старых маньчжурских войск в течение 9 лет.
Между тем политическая обстановка внутри страны становилась все более напряженной. Недовольство маньчжурской династией охватило самые широкие слои китайского общества. Под влиянием деятельности буржуазных революционеров, руководимых Сунь Ят-сеном, началось брожение в новой армии. Восстание в 31-й смешанной бригаде, расположенной под Аньцином, в ноябре 1908 г. явилось серьезным предостережением цинскому двору.
В декабре 1908 г. цинский двор принял решение о создании новой дворцовой гвардии (цзиньвэйцзюнь). Еще в начале 1907 г. цензор Чжао Бин-линь предложил поручить охрану членов императорской фамилии особому гвардейскому корпусу, сформированного по образцу гвардии микадо. Военное министерство, возглавляемое Те Ляном, нашло это предложение невыполнимым, однако в организации старой дворцовой стражи были произведены некоторые улучшения. После смерти императрицы Цыси и прихода к власти князя первой степени Чуня (Цзай Фэна), ставшего регентом при малолетнем императоре Пу И, вновь стал вопрос онеобходимости усиления охраны дворца. В начале декабря 1908 г. Чжао Бин-линь подал новый доклад о необходимости создания гвардии, но не встретил поддержки военного ведомства, в котором сидело немало сторонников Юань Ши-кая и князя Цинна – противников регента. Военное министерство высказало мысль, что этот вопрос может быть решен только после принятия конституции, т.е. через девять лет. Однако предложением Чжао Бин-линя заинтересовался регент, увидевший в нем возможность избавиться от опеки юаньшикаевских войск, которые вместе с маньчжурскими частями охраняли дворец. 25 декабря 1908 г. появился указ о формировании гвардии; обучение ее было поручено маньчжурским князьям Цзяй Тао и Юй Лану (совместно с Те Ляном).
Первые части императорской гвардии были укомплектованы исключительно знаменными. Основной ее костяк составили маньчжуры, прошедшие подготовку в рядах 1-й маньчжурской полевой дивизии . Хотя родственники императорского дома не пользовались в гвардии особыми преимуществами перед остальными офицерами и солдатами, многие «желтопоясные» и «крснопоясные» вступили в нее. Предпочтение, отданное маньчжурам при наборе в гвардию, а также повышенный размер жалования и довольствия, установленные для них правительством, вызвали серьезное недовольство китайского населения, особенно лиц военной профессии.  Поэтому в 1910 г. цинский двор, желая ослабить маньчжуро-китайские противоречия, разрешил принимать в гвардию китайцев, прошедших обучение в новых войсках (луцзюнь), либо набранных в провинции Чжили и Шаньдун .
К сентябрю 1911 г. в императорской гвардии насчитывалось 12 000 человек, и она представляла собой наиболее современную в Китаю боевую единицу: в отличие от полевой дивизии она располагала батальоном связи, пулеметным батальном и дивизионом тяжелой артиллерии.
Осуществляя военные реформы, цинский двор неизменно стремился установить свой контроль над всей армией и флотом. Еще в ноябре 1906 г. четыре дивизии бэйянской группировки, находившиеся раннее под командованием Юань Ши-кая, были переданы в распоряжение нового военного ведомства – министерства сухопутных сил (луцзюньбу). Во главе этих четырех дивизий в январе 1907 г. был поставлен Фэн Шань, ярый противник китайцев. Остальные дивизии быйянской группировки (2-я и 6-я), в которых влияние Юань Ши-кая было особенно велико, были сохранены по его просьбе за ними. После смерти императрицы Цыси и отстранения Юань Ши-кая от государственных дел маньчжурам удалось захватить почти все руководящие посты в центральных военных ведомствах. Указами от 15 и 16 июня во главе генерального штаба (цзюньцзычу), выделившегося из министерства сухопутных сил, были поставлены маньчжурские князья Юй Лан и брат регента Цзай Тао. Военным министром с 1906 г. продолжал оставаться маньчжур Те Лян, однако военного министерства (лузюньбу) при регенте значительно уменьшилась после выделения из него Генерального штаба. В марте 1910 военным министром вместо Те Ляна стал маньчжур Инь Чан, ярый поклонник немецкой военной школы. Сам регент в июле 1909 г. был объявлен верховным главнокомандующим вооруженных сил страны.
Выдвижение маньчжуров на высшие военные и гражданские государственные посты сопровождалось усилением духа милитаризма. Учреждение привилегированного военного училища для членов императорского дома и детей высших сановников, уравнение военных и гражданских чинов, а также улучшение материального положения военнослужащих (в полевых войсках и особенно в гвардии) способствовали тому, что военная служба из профессии, ранее не пользовавшей особым уважением, стала почетной в глазах помещиков и нарождающейся буржуазии (в том числе интеллигенции). Об усиление духа милитаризма свидетельствовал также возросший поток в полевые войска многочисленных родственников императорского дома, которые раньше предпочитали бездельничать.
Ярким проявлением милитаристского духа явился указ от 2 апреля 1911 г., в котором превозносились военные заслуги царствующей династии Цинн, особенно императора, правившего под девизом Канси («процветающее и лучезарное» - девиз правления императора Сюанье 1662-1722 гг.). по поводу этого указа И.Я. Коростовец в донесение от 10 апреля (28 марта) 1911 г. писал: «Читая указ этот, превозносящий военную доблесть и отмечавший военные заслуги царствовавших предков нынешнего императора, можно без преувеличения сказать, что никогда в Китае до сих пор так открыто и с высоты престола не восхвалялся милитаризм. Вообще все происходящие за последние годы перемены, в смысле проявляемой здешним правительством заботы о воспитании в население военного духа у увеличения престижа военного сословия указывают, что к Китаю все менее и менее можно относиться как к исключительно мирной стране, презирающей само занятие военным ремеслом. Китай, несомненно, уже вступил на путь милитаризма и по мере осуществления военных реформ и развития, связанных с реформаторской деятельностью националистических идей все резче будут сказываться последствия этого изменившегося положения вещей» . Следует, однако, заметить, что военная мощь Китая в этот период была еще мала, особенно в сравнение с развитыми капиталистическими странами. К началу июля 1911 г. новая армия Китая, являвшаяся основой его вооруженных сил, состояла из 11 дивизий и 25 отдельных бригад, насчитывавших в соих рядах 160 000 пехотинцев (285 батальонов) и 14 000 кавалеристов (62 дивизиона) при 1 000 орудий (169 батарей) и 130 пулеметах. . В беседе с А.И. Гучковым, прибывшем в Пекин 7 мая 1911 г., Инь Чжан заявил, что для осуществления основных военных преобразований Китаю потребуется не мене 10 лет мирного времени. Понимая, что этому могут помешать внутренние или внешние причины, Инь Чан форсировал проведение реформ, однако много сделать не мог из-за оппозиции консерваторов (в центре и на местах) и недостатка денежных средств. Он утверждал, что двадцатое столетие – век крови и железа, поэтому предлагал регенту разделить Китай на восемь военных округов и ввести всеобщую воинскую повинность.
Не смотря на то, что маньчжурам удалось захватить ключевые позиции в военном руководстве, положение цинского двора было непрочным из-за внутренних дворцовых интриг и нарастающего революционного движения. Что касается маньчжурских войск, которые считались надежной опорой цинского двора и являлись главной военной силой в подавление народных восстаний , то боеспособность этих войск была низкой. Любопытная характеристика этих войск, расположенных в Маньчжурии, содержится в отчете вр. и. о. помощника военного агента в Китае С.В. Афанасьева за 1910 г. Он писал: «Знаменных войск в собственном смысле этого слова нет, ибо, если таковые и имеются по охране императорских могил в Маньчжурии, то они скорее сторожа, чем войска, так как совершенно необучены и плохо вооружены (ружья старых систем, заряжающиеся с дула, и то только на одну треть штатного состава), а потому под знаменными войсками Маньчжурии правильнее разуметь знаменное население, как элемент для пополнения различных войск Маньчжурии, имеющих боевое значение». . По данным французского генерального штаба, опубликованным в марте 1910 г., из 226 000 знаменных, находившихся на действительной службе, только 38 000 прошли переподготовку в составе новых полевых войск (луцзюнь) и около 30 000 – в охранных войсках (Сюфаньдуй) и других частях полицейского назначения. Иначе говоря, две трети восьмизнаменных войск накануне революции 1911 г. представляли собой разложившуюся, необученную массу людей, лишенных элементарного понятия о ведение современного боя и вооруженные в большинстве своем средневековыми пушками, ружьями, пиками, луками и щитами. В этом состояла одна из причин успешного выступления сторонников Сунь Ят-сена в начальный период революции, ибо они опирались на новые полевые войска и народ, выступивший против маньчжурской династии.
Попытки частичной модернизации маньчжурской армии, несмотря на некоторые успехи, не могли существенно изменить ее плачевного состояния. К концу XIX в. восьмизнаменные войска почти совершенно утратили свое боевое значение. Из-за невежества и консерватизма цинского двора военные реформы, начавшиеся в первом десятилетие ХХ в., почти не коснулись архаического устройства этих войск, что привело к полнейшему упадку военной организации маньчжуров. Иные вооруженные силы, имевшие на тот момент европейскую организации и вооружение, в масштабах страны были незначительны и находились в личной власти командира являвшегося их организатором и источником финансирования и не подчинялись центральному маньчжурскому правительству. Именно эти «новые» армии легли в основу военной силы милитаристских клик образовавшихся в 20-30-е годы ХХ в. на территории Китая и боровшиеся за власть в разразившейся гражданской войне.